Красненькая жидкость в уличном термометре вернулась к источнику, и я не знаю сколько это в Цельсиях. По случаю таких холодов выпил бутылку пива на морозе, особые эффекты: губы примерзают к горлышку, пена превращается в снег, ощущения – типа рот полощешь жидким азотом, глянул потом в зеркало – матерь божья, щеку всё-таки отморозил! Зато мои друзья-коллеги спасли расписной драндулет дизайнера-Лебедева, пока он не вмёрз в парковку Евротеля, и теперь хоть сайты у нас говно, по словам Тёмы, сами мы «тёплые и душевные люди». Водку буду пить сегодня.

Еду на работу, в троллейбусе -20°. Мать с утра сообщает мне: сынок, ты такой уже старый, тебе пора жениться. Мама, говорю я ей, надеюсь, это холод повлиял на тебя так, мы с тобой ведь оба старые!

Кем одеться на Новый год? Приходит менеджер-Борисыч, это Дед мороз наш, и объявляет, что вход на корпоративную вечеринку по случаю НГ только в маскарадных костюмах и только с эстрадным номером... Хочу быть волком! Уже всем сказал. В 2009 был шутом, маска с бубенцами, читал стихи. Пацаны – кто шериф, кто капитан-крюк, начальник – мушкетёром, бухгалтер – вишенка, менеджер-Серёга оделся цыганкой (грудь надул из воздушных шариков).

Волк – животное харизматическое, ему даже номер не нужен эстрадный. Или выучить отрывок из войны и мира на французском? Серёгу домой увезли, когда у него грудь сдулась, начальник шпагу спрятал от греха подальше, а мы с шерифом всю ночь пили водку и ещё танцевали со студентками... Или только пили?

Вдруг звонит Али, я так рад её слышать, столько месяцев прошло, хохочу в трубку от восторга, она вслушивается в мой голос и говорит, а ты совсем не изменился, всё такой же… ммм… боюсь ты не так поймёшь… Говори!.. хм… первая буква «р», последняя «й»… Хохочу ещё больше, я узнал её интонации, вот тебе и мыши в лондонском метро, вот тебе и сапоги в магазине Алмаз! Музыка – почти тот же Coldplay, мы с тобой – почти те же ребята. Вот только любовь уже точно не та, мой дорогой распиздяй!

Помыл окна в квартире, получается почти зимой уже, снег с подоконника лопатой скидывал, говорят – замёрзнет у тебя всё, ничего не замёрзло, вот только мыть пришлось ночью, теперь никак не могу посмотреть как помылось-то, утром ещё темно, а вечером приходишь с работы – снова темно! Полярный круг какой-то.

Довожу до ума этот психосоматический аппарат – вырвал у него 18-ый зуб. Всё равно дантисты смеялись над ним, говорили, у нас отличный хирург, отдай ему это. Расставаться с зубами легко, так же легко, как прощаться с мудростью. К тому же, всегда есть 36-ой, для окончательного, так сказать, просветления.

Облака
внезапно появляются из целой Вселенной
и исчезают в этой целой Вселенной,
проплывая с рассеянной улыбкой.
Некоторые из них плывут мирно и спокойно,
Другие раскрываются в ярости и смеются
тёмным смехом,
призывая гром и грохот,
Весенние облака смачивают землю,
Муссонные облака несутся с долгими дождями.
Снежные облака жалеют нас в глубоком
безмолвии зимы.
В полных ненависти тайфунах
облака дико мчатся,
Несутся вихрем, рвутся ураганом,
Как бы стараясь убить все живое, —
И вот иногда
Все облака исчезают,
Оставляя только тёмно-синее небо,
Где нет никаких преград.
Облака
внезапно появляются из целой Вселенной
и исчезают в этой целой Вселенной;
Эти облака —
изначальная форма всех живых существ.
Вся Вселенная — не что иное, как жизнь.

Из книги Косё Утияма-роси «Учение дзэн «Бездомного» Кодо»
 

Обычный человек говорит: «Надеюсь, выйдет, как я хочу»;
волшебник говорит: «то, что я хочу, исполнится»;
мистик говорит: «да будет воля твоя».
Цель его – всем сердцем своим всегда и во всем
быть покорным тому, что есть,
замыслам Бога, великолепно представленным
в его сложившихся обстоятельствах
и оставить будущее свое всецело в руках Господа.
Обычный человек хотел бы победить,
волшебник решительно был бы настроен победить,
мистик же с удовольствием поддается.
Большего отличия не может и быть.

Douglas Harding. Look For Yourself.
 

Как это бывает зимой, мы с пацанами сидим в пивной «абырвалГ», не спеша пьём пиво, теребим сыр-косичку. За соседним столом художник Михайлов напивается водкой, снимает с себя одежду. Приходят знакомые, Лена и Серёжа, задумчиво курят, пьют кофе из чашечек, смотрят в наши хмельные рожи, уходят. Художника Михайлова одевает охрана, но ему не сидится, он начинает кружить вокруг нашего стола. Мы довольные улыбаемся: когда рядом нет девушек, так и хочется намять бока задире. Симпатичная официантка отвлекает улыбками, Михайлов куда-то прячется, хохоча выкатываем в ночную темень. А в это время у Насти блины! На молоке!!! Пацаны по домам в чёрной иномарке, а я, вдруг, оказываюсь у Насти. В одной руке у меня блин, в другой – бокал вина, мы говорим о вечной любви, потом просто о любви, потом о нашей личной любви (у каждого своя – прим.авт.), и бесконечно смешим друг друга, как заправские юмористы, мы ведь тельцы с Настей!
 

Астральное тело привязанности, и правда, умирало 40 дней*. Вчера был сороковой, проводить его в последний путь и в очередной раз качнуть с меня дармовой энергии через открытый все эти дни канал, заявились аж целых 2 вампира, один из этого мира, другой – из того. Но лучше быть циничным, чем сумасшедшим**, и тонких тварей мы не пустили.

А на утро всё кончилось. Память, моя верная память, никогда не подводит меня – я всё забываю, братцы. Вот и на этот раз, просматривая записи в бортовом журнале мозга, я не могу понять, о ком идет речь?... Там сплошные сигналы sos и «пожар на первом посту», но что это было, хотя бы её лицо, или как её звали?... Имена ничего не говорят, я смотрю на эти буквы, которые были «моя самая любимая» и смущённо поднимаю голову, нет, я не в силах расшифровать этот журнал, он не имеет ко мне никакого отношения, извините, капитан.

* Спасибо, милая!

** Спасибо, друг!

Моя Голди жива! Убеждаюсь в это лично, созерцая её зелёные глаза в Cofe City, пачка Parliamenta вместо анестезии, опусти меня, это же 4-ый реактор пылает в груди! Улыбается зелёным глазом луноликая красавица, не отпущу, дорогой, как потом искать тебя в твоих Тибетах? Ночью уже по первому снегу пытаюсь глинтвейном залить ненасытный реактор, компания из Оксаны и трёх юных особ в мини, младшее поколение горячему вину предпочитает разбавленный компотом коньяк, поэтому из бесед узнаю достаточно о тайной стороне ЖЖ (жизни женщин). И мы такие же что ли?

Бешеной собаке семь вёрст не крюк. На половине этого пути у меня на полочке стоят антидепрессанты вперемешку с духами, которые Она дарила мне; внезапная встреча со старым другом (купе, водка «журавли») перерастает в пьянку прямо под окнами управления внутренних дел; подтянутый старичок просит на пиво 10 рублей, ну что это за пиво такое, даю ему 20, и он долго салютует в стиле солдата вермахта; потом уже ночью болтаем с дочерью по телефону, хвастаемся у кого секс лучше, она говорит – ты мужчина моей мечты, а я говорю ей – папа я, папа!

Посмотрели 9-й район. Потом сидим оглохшие в курилке, и вдруг она говорит, что если конец света будет зимой, то придётся бежать в шубах. Куда бежать? Ещё я сегодня услышал, что красивые люди должны ухаживать за собой лучше чем некрасивые, потому как они – образец для подражания во всём. А 9-й район – хорошее кино, только не для моей коллекции, и люди там некрасивые, инопланетяне, за собой ни хера не ухаживают.

Она подходит ко мне на остановке и спрашивает:

«Вы так интеллигентно выглядите, вы – немец?»

Я смеюсь и отвечаю, что местный.

Она спрашивает, есть ли у меня жена, и обещает выдать за меня свою дочь.

Я даю ей денег на пиво.

Она говорит, что никогда не видела таких красивых людей, и трижды меня целует.

Я называю своё имя.

Она признаётся, что хочет сама переспать со мной (не дожидаясь дочери).

Я прикладываю палец к губам и шепчу:

«Это секрет, никому не говори что видела меня»

Ей уже за 50,

Я сажусь в троллейбус,

Она идёт в киоск за пивом.